Поздравления
Старики держали себя степенно и наблюдательно, молодые учтиво группировались вокруг них

 

Повседневная жизнь дворянства пушкинской поры Е.Лаврентьева

 

«Старики держали себя степенно и наблюдательно, молодые учтиво группировались вокруг них» 1



«Субординация имеет неограниченную силу в Москве: слово дворянин не уравнивает людей в правах, так как благосклонность властей и награды имеют решающее значение для положения в обществе любого человека. Поэтому сморщенные старики и дряхлые старухи всемогущи, так как у них больше наград и знаков отличия, чем у молодежи» 2.

В этом замечании англичанки Кэтрин Вильмот содержится немалая доля предвзятости, и все же точно подмечена одна важная сторона дворянского быта – почтительное отношение к старикам, «живым памятникам екатерининской эпохи», о которых писал современник: «Старики эти как-то особенно выдавались вперед; в них была отменная сановитость, умение держать себя, и сановитость эту они невыразимо приятно соединяли с утонченною учтивостью и крайнею благосклонностью к молодому поколению» 3.

Об их любезности слагали легенды и рассказывали анекдоты. «Князь П. П. Одоевский, тогда уже восьмидесятилетний, был тип самых любезных вельмож прежних времен, – читаем в воспоминаниях К Павловой, – тех людей, которые ставили себе в обязанность до совершенства доведенное savoir vivre * [*Знание света (фр.)]. В князе оно было основано не на одних изученных условных формах: чувствовалось, что у него эти формы были выражением сердечного доброжелательства ко всем и каждому.

Есть натуры, которые бессознательно отталкивают и тогда, когда они этого вовсе не имеют в виду: все их приемы и поступки отзываются чем-то оскорбляющим, их вежливость неприятна, как сахар, в который попал, песок. Есть другие особы (их очень немного), которые каждому, с кем находятся в общественных сношениях, внушают постоянно какую-то душевную признательность, не имеющую никакой определенной причины. Князь П. П. Одоевский был из небольшого числа этих последних людей...

Я не встречала аристократа более симпатического. Он был grand seigneur * [*Вельможа, барин (фр.)] в лучшем значении этого слова. Как он всегда и во всяком случае оказывался таким, мне домашние его часто рассказывали. Помещаю здесь один анекдот.

Многочисленное общество было в один вечер созвано у князя на бал. Праздник шел своим порядком и был очень оживлен. Когда наступило время ужина, князь повел своих гостей, в столовую, выражая им свое сожаление, что принужден усадить их довольно тесно потому, что большая зала, где стол был накрыт, случайно загорелась часа два тому назад, и что от нее остались одни голые стены. Тут только гости узнали, что они беззаботно танцевали и забавлялись в дому, в котором, в немногих шагах от них, распространялся пожар» 4.

О любезности Н. Б. Юсупова писали многие мемуаристы, в том числе и М. Дмитриев. «Так, никогда не забуду я одну приятную поездку в Архангельское. Князь Николай Борисович Юсупов, его владелец, был последний вельможа Екатерининского века, последний образец вежливости, сопровождаемой осанкою знатности, но вместе и обязательною улыбкою, и тою предупредительностью прекрасного тона, которые ныне исчезли совершенно! Повторяю, князь Юсупов был последний образец этой породы. Пушкин в стихах своих "К Вельможе" описал его прекрасно и верно. Пушкин, человек хорошей фамилии и прекрасного воспитания, умел вполне чувствовать все достоинства аристократических обычаев и привычек...

Он (Н. Б. Юсупов. – Е.Л.) видел в жизнь свою много; путешествовал и один, и с великим князем Павлом Петровичем, был и во Франции, и в Италии, и в Испании; бывал при многих дворах; был знаком с лучшими и первыми людьми своего времени, приятель с философами своего века, был гостем у Вольтера, знал Альфьери и курносого Касти: можно себе вообразить, как занимательны были его рассказы и замечания! Наконец, его вежливость прошедшего века сказалась даже и при прощании. Сажая наших дам в их экипажи, он указал им на полную луну и промолвил с улыбкою: "Vous voyez, mesdames, j’ai pourvu a toit!” * [*Вот видите, сударыни, я позаботился обо всем! (фр.)] 5.

Последние вельможи, как их называли современники, «благоговели» перед прекрасным полом.

«Князь Юсупов был... с дамами отменно и изысканно вежлив, – вспоминает Е. П. Янькова. – Когда, бывало, в знакомом ему доме встретится ему на лестнице какая-нибудь дама, знает ли он ее или нет, всегда низко поклонится и посторонится, чтобы дать ей пройти. Когда летом он живал у себя в Архангельском и гулял в саду, куда допускались все желающие гулять, он при встрече непременно раскланяется с дамами, а ежели увидит по имени ему известных, подойдет и скажет приветливое слово» 6.

«Вообще, князь Николай Борисович Юсупов был самый страстный, самый постоянный любитель женской красоты в разнообразнейших ее воплощениях и типах» 7.

Любил «приволачиватъся» за дамами и старик Я И. Булгаков, отец легендарных почтдиректоров. В одном из писем Александр Яковлевич сообщает брату об отце «Вчера все утро пробыл я с ним в кабинете; он мне свои шашни рассказывал. Дай Бог тебе, прибавил он, не только дожить до моих лет, но пережить оные; а пуще всего желаю тебе в 64 года приволачиваться, как я; а это от того, что я себя в молодости не изнурял etc» 8.

Оставаться до глубокой старости поклонником прекрасного пола, по словам В. А Соллогуба, «чуть ли не относилось к обязательствам аристократизма». «Во всем он соблюдал обычаи прошлого и даже волочился за женщинами, вероятно, впрочем, безобидно, так как в ту пору (в 1837 г.) ему уже минуло за семьдесят, – вспоминает В. А Соллогуб графа Головкина. – Во время моего пребывания в Харькове предметом его старческой страсти была жена губернского архитектора, хорошенькая г-жа Меновская. Ежедневно она перед обедом держалась с прочими гостями в приемной в ожидании выхода хозяина; когда в дверях показывалась высокая фигура Головкина, Меновская первая подходила к нему и, грациозно перед ним приседая, подавала ему табакерку, наполненную тончайшим испанским табаком; старик нежно принимал из прекрасных рук свою табакерку. Щеголевато, как истый маркиз двора Людовика XV, концами пальцев подносил к своему благородному носу щепотку табака, с наслаждением ее втягивал, ногтями стряхивал пылинки табаку, упавшие на кружева жабо, потом обращался к красивой польке и, влюбленно на нее глядя, ежедневно произносил одну и ту же фразу: "Trop gracieuse, chere Madame, et de plus en plus jolie!” * [* Бесконечно изящны, моя дорогая, и все хорошеете и хорошеете (фр.)]» 9.

«Последние наши вельможи; Строгановы, Юсуповы и еще немногие – были все из века Екатерины и сохраняли остатки этого типа в царствование Александра». Удивительно, как похожи портреты этих вельмож, написанные разными мемуаристами!

«В разговорах и рассказах он (И. И. Шувалов. – Е.Л.) имел речь, светлую, быструю, без всяких приголосков. Русский язык его, с красивою отделкою в тонкостях и тонах. Французский он употреблял, где его вводили, и когда по предмету хотел что-то сильное выразить. Лице его всегда было спокойно поднятое, обращение со всеми упредительное, веселовидное, добродушное» 10.

«Старый граф отнесся ко мне со всею вежливостью русского вельможи... Старый граф Строганов большой весельчак; он умеет украшать свой разговор разными забавными мелочами» 11.

«Князю Юрию Владимировичу (Долгорукову. – Е. Л.) в 1809 году было лет под семьдесят; он был ростом не очень велик, но, впрочем, и не мал; довольно полный, лицо имел приятное, хотя черты не были правильны и были не особенно красивы. Что-то спокойное было в выражении и много добродушия и вместе с тем и величавости; с первого взгляда можно было угадать, что это настоящий вельможа, ласковый и внимательный» 12.

«Особенно, говорят, был примечателен Лев Александрович (Нарышкин, – Е. Л) …у того, говорят, все подавай на стол и всех давай за стол, и сколько бедных дворян, возвращаясь в свою провинцию, хвалились тем, что у него обедали: они могли думать, что были при дворе» 13.

«Хорошо образованный для своего времени... бесконечно щедрый, Юсупов любил покровительствовать художникам, людям, которых он находил даровитыми, как русским, так и иностранцам. В натуре его была жилка любви ко всему хорошему, ко всему изящному, ко всему умному» 14.

«Граф Лев Кириллович (Разумовский. – Е. Л.) был истинный барин в полном и настоящем значении этого слова: добродушно и утонченно вежливый, любил он давать блестящие праздники, чтобы угощать и веселить других» 15.

«Знатные старики» были похожи друг на друга не только «аристократическими привычками», но и манерой одеваться. По словам Е. П. Яньковой, «многие знатные старики гнушались новою модой и до тридцатых еще годов продолжали пудриться и носили французские кафтаны. Так, я помню, некоторые до смерти оставались верны своим привычкам: князь Куракин, князь Николай Борисович Юсупов, князь Лобанов, Лунин и еще другие, умершие в тридцатых годах, являлись на балы и ко двору одетые по моде екатерининских времен: в пудре, в чулках и башмаках, а которые с красными каблуками» 16.

О стариках-вельможах в обществе ходило немало анекдотов, однако это не мешало относиться к ним с должным почтением. Общество снисходительно смотрело на их слабости.

«В 1816 году в Москве жил на Большой Никитской улице, в собственном доме, генерал от инфантерии, андреевский кавалер Ю. В. Долгорукий. Ему было с лишком девяносто лет, но и в эти годы его умственные способности и энергия нисколько еще не ослабли; он сам управлял всеми делами своего огромного имения; у всех он был в большом уважении за свое добродушие и преклонные лета. В большие праздники он по старости ни к кому не ездил с визитами, но, несмотря на это, московские власти всегда к нему приезжали в высокоторжественные дни с поздравлением. В своих действиях он не отдавал никому отчета. Когда он делал какие-нибудь незаконные пристройки к своему дому, то Комиссия строений смотрела на это сквозь пальцы, а полиция избегала всякого случая, могшего обеспокоить его чем-нибудь» 17.

Слабость стариков к прекрасному полу вызывала улыбку, но не подвергалась злым насмешкам. Интересное свидетельство находим в воспоминаниях В. В. Селиванова:

«Не помню, по какому случаю, чуть ли не в Николин день, Гояринов в зале казарм... давал бал, на который было приглашено все лучшее общество Могилева, весь генералитет, состоящий при штабе 1-й армии, и сам главнокомандующий барон Остен-Сакен... Фельдмаршал Сакен шел в 1-й паре, за ним генерал от артиллерии князь Яшвель, и эти оба едва волочившие ноги старикашки наперерыв любезничали с красавицами. Обращение их с девицами было бесцеремонно: когда какая девица им нравилась, они позволяли себе взять ее за подбородок и приласкать словом: "какая миленькая!", или что-нибудь в этом роде, на что, конечно, в глазах всех давали им право их мафусаиловские лета и положение общественное, упроченное заслугами. Своими глазами я этого не видал, но помню, что когда Сакен в продолжение польского хотел отбить у Яшвеля его даму, молоденькую хорошенькую девицу, беззубый Яшвель взял ее за руку обеими своими руками, заспорил, говоря: "Не уступлю, Ваше сиятельство! Ни за что не уступлю!.."» 18.

Любимым увлечением и времяпровождением старых вельмож были карты. Отсюда и советы молодым людям в духе тех, которые дает один из героев романа Булгарина «Иван Выжигин»: «Потакай старшим, играй в бостон и вист со старухами, никогда не гневайся за картами и не спрашивай карточного долга...» 19.

Забавную историю по этому поводу рассказывает А. Кочубей: «Приехав 1 июля, я явился к генерал-губернатору, который, увидя меня, очень обрадовался и просил, чтоб я занял старика Депрерадовича (командовавшего гвардией). "Он такой любитель игры в бостон, – сказал мне генерал-губернатор, что может играть почти ночи напролет, а у меня уж сил больше нет".

Таким образом, чтобы утешить старика, я принужден был провести без сна еще четыре ночи кряду, играя с ним в бостон. В течение этого времени было несколько балов, я ни на одном из них не был, не успел даже познакомиться ни с кем, потому что, как только я входил в залу, меня сейчас ловили и сажали играть в карты с Депрерадовичем. Наконец, уже в последний день пребывания гвардии в Киеве, я сам дал маленький танцевальный вечер в саду и просил одну даму быть хозяйкою этого вечера, но и тут все-таки я принужден был продолжать игру с Депрерадовичем и не мог даже познакомиться с приглашенными мною дамами. Только 5 июля, при восходе солнца, когда Депрерадович сел в коляску, чтобы ехать дальше, я пошел домой с тем, чтобы отдохнуть немножко» 20.

«В обращении с стариками, следует оказывать им непременно самым приятным образом уважение, хотя часто они взыскательны, иногда несправедливы, но имеют во всяком случае священное право на почтение наше к ним; впрочем, мы щедро вознаграждаемся, когда по благосклонности их, забывают они в обращении с нами лета и немощи свои; старик любит памятования о молодости своей и, смотря на молодого человека с завистью, припоминает себе, как он сам вступал в свет» 21.


Полезные сайты
Foodmenu.ru Кулинарные рецепты
World-Tours.ru: Занимательная география
YTurist.ru: Достопримечательности Россия


просмотров: 1332
Search Results from Ebay.US* DE* FR* UK
Морские круизы
Search Results from «Озон» Предметы интерьера
 
Статуэтка "Спорт. Биатлонист". Латунь, янтарь. Россия, Калининград
Статуэтка "Спорт. Биатлонист". Латунь, янтарь. Россия, Калининград
Статуэтка "Спорт. Биатлонист". Россия, Калининград.
Латунь, янтарь.
Сохранность хорошая.

Янтарь - ископаемая смола хвойных деревьев палеогенового периода. Методом каления янтарной крошки создаются замечательные по красоте и свойствам...

Цена:
1151 руб

Статуэтка "Спорт. Теннисистка". Латунь, янтарь. Россия, Калининград
Статуэтка "Спорт. Теннисистка". Латунь, янтарь. Россия, Калининград
Статуэтка "Спорт. Теннисистка". Россия, Калининград.
Латунь, янтарь.
Сохранность хорошая.

Янтарь - ископаемая смола хвойных деревьев палеогенового периода. Методом каления янтарной крошки создаются замечательные по красоте и свойствам...

Цена:
1151 руб

Статуэтка "Гном с киркой маленький". Латунь, янтарь. Россия, Калининград
Статуэтка "Гном с киркой маленький". Латунь, янтарь. Россия, Калининград
Статуэтка "Гном с киркой маленький". Россия, Калининград.
Латунь, янтарь.
Сохранность хорошая.

Янтарь - ископаемая смола хвойных деревьев палеогенового периода. Методом каления янтарной крошки создаются замечательные по красоте и...

Цена:
489 руб

Яйцо декоративное "Казанский Собор". Авторская работа. СК124
Яйцо декоративное "Казанский Собор". Авторская работа. СК124
Яйцо "Казанский Собор". Россия.
Фарфор. авторская работа.
Размер 10 см.
Сохранность хорошая....

Цена:
600 руб

Статуэтка "Лягушка". Авторская работа. СК118
Статуэтка "Лягушка". Авторская работа. СК118
Скульптура "Лягушка" коричневого цвета. Россия.
Фарфор.
Размер 12.5 см.
Сохранность хорошая....

Цена:
736 руб

Статуэтка "Лягушка", цвет: зеленый. Авторская работа. ЕИ119
Статуэтка "Лягушка", цвет: зеленый. Авторская работа. ЕИ119
Скульптура "Лягушка" зеленого цвета. Россия.
Фарфор. Авторская работа.
Размер 12,5 см.
Сохранность хорошая....

Цена:
736 руб

Постер Даринчи № 17. Авторская работа
Постер Даринчи № 17. Авторская работа
Подарочный постер с фирменным паспарту. Россия.
Картон. Авторская работа.
Размер 30 х 40 см.
Сохранность хорошая....

Цена:
353 руб

Плакетка декоративная "Через реку". Латунь, пластик. цветная печать. Peter Bates Ltd, Великобритания, вторая половина ХХ века
Плакетка декоративная "Через реку". Латунь, пластик. цветная печать. Peter Bates Ltd, Великобритания, вторая половина ХХ века
Плакетка декоративная "Через реку".
Латунь, пластик. цветная печать.
Маркировка: оригинальная этикетка "Peter Bates. Made in England".
Датировка: Великобритания, вторая половина ХХ века.

Диаметр плакетки - 7,5 см.
Имеется...

Цена:
1410 руб

Плакетка декоративная "Хейвейн". Латунь, пластик. цветная печать. Peter Bates Ltd, Великобритания, вторая половина ХХ века
Плакетка декоративная "Хейвейн". Латунь, пластик. цветная печать. Peter Bates Ltd, Великобритания, вторая половина ХХ века
Плакетка декоративная "Хейвейн".
Латунь, пластик. цветная печать.
Маркировка: оригинальная этикетка "Peter Bates. Made in England".
Датировка: Великобритания, вторая половина ХХ века.

Диаметр плакетки - 7,5 см.
Имеется петелька...

Цена:
1410 руб

Подсвечники парные. Латунь. Высота 22 см. Западная Европа, первая половина ХХ века
Подсвечники парные. Латунь. Высота 22 см. Западная Европа, первая половина ХХ века
Подсвечники парные.
Латунь.
Западная Европа, начало ХХ века.

Размер: высота 22 см, основание 7 х 7 см, диаметр розетки 2,5 см.

Сохранность хорошая, без повреждений, без утрат....

Цена:
4200 руб

2008 Copyright © 1000show.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования Яндекс.Метрика